Логотип Хроноп

Copyright

Перепечатка и другое использование любых материалов с этого ресурса разрешено только при условии указания источника ХРОНОП.РУ и гиперссылки на http://www.hronop.ru/

Последние комментарии

Вадим Демидов вКонтакте

ОФИЦИАЛЬНЫЙ САЙТ ГРУППЫ ХРОНОП НИЖНИЙ НОВГОРОД

Дневник ВД: «Хроноп» репетирует…

Если кто-то полагает, что подготовка хронопов к фестивальному выступлению идет легко, так те ошибаются. Саня Терешкин никогда раньше не играл «Стоять» и «Старую», а Леша Сидоров никогда раньше не играл «Ночную прогулку», в связи с чем начинается некоторая переаранжировка и доводка песен, а тут еще Саня решил переехать в Москву (нашел там работу), а у Андрея «сахаровский фестиваль» и он вообще никак к нам не выберется. К этому еще подмешивается старая истина, что после тридцати на репетиции ездить неохота, после сорока – вообще вломак, а после полтинника репетируют только олухи.

Однако все же, видимо, «Хроноп» все-таки 30-го выйдет на сцену «Рока чистой воды», причем уже время обозначено: пол-шестого.
Фото в Подробнее

Читать далее

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Дневник ВД: Вспоминая «Рок чистой воды-90″…

30 июля «Хроноп» выйдет на сцену мемориального фестиваля «Рок чистой воды» в Нижнем Новгороде – и выйдем мы ровно так же, как 26 лет назад. Ага, уже 26 лет прошло…

Я недавно был на местном радио, где меня спрашивали о туре «Волга-90», что проходил в рамках «Рока чистой воды», и выяснилось, что я чертовски мало помню о нем. Но кое-что все-таки помню:

1 Для музыкантов, участвующих в «Роке чистой воды», был арендован трехпалубный теплоходу «Капитан Рачков». И он прошел по  маршруту: Горький — Казань — Тольятти — Саратов — Астрахань — Волгоград — Куйбышев — Ульяновск — Чебоксары — Ярославль — Москва (я указываю те города, в которых проходили концерты тура). Весь тур длился 18 дней.

2 В туре было несколько явных хэдлайнеров – «Чайф», «Телевизор», «Аукцыон». И было несколько групп, чья известность была примерно равна «хроноповской». Например, «Апрельский марш» из Свердловска, «Петля Нестерова» из Ленинграда, «Миссия: Антициклон» из Магадана, и все эти группы мне оч.нравились. Кроме того, были гости из Голландии: бард Эрнст Лангхаут и группа WEEKEND ET WAIKIKI – последние если и запомнились, то только тем, что у них были потрясные (для наших бедных широт) инструменты. Обычно «Хроноп» выступал в концертах вторыми или третьими (реже – четвертыми), нас тасовали как раз с «Апрельским маршем» и «Петлей».
Читать далее

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Тридцать по «Хронопу»

Сегодня — знаменательная дата для всех настоящих ценителей отечественной рок-музыки. Тридцать лет назад пятеро горьковских музыкантов решили записать дома у одного из них альбом «Домашний аквариум», в немалой степени, как ясно из названия, навеянный творчеством Бориса Гребенщикова. Так 3 мая 1985 года возник Хроноп, впоследствии не раз названный «самой великой из неизвестных групп русского рока».
За три десятка лет коллектив распадался и воссоединялся, кардинально менял репертуар и обрастал сайд-проектами. О его истории можно было бы написать объёмную и увлекательную книгу, которая, так или иначе, стала бы энциклопедией всего русского рока. Однако Kroogi в день тридцатилетия уникальной нижегородской группы не стали заниматься её историографией, а поговорили с лидером и солистом «Хронопа», музыкантом и литератором Вадимом Демидовым.

— «Хроноп» никогда не имел громкой популярности у широких народных масс, но всегда был и остаётся высоко ценимым и уважаемым в, как принято говорить, узких кругах знатоков. Как вы объясняете этот феномен? Это удел всех, кто пишет «интеллектуальную музыку»? И стремились ли вы когда-то к всенародной известности?

— Конечно, в начале 90-х, когда у «Хронопа» вышел винил на «Мелодии» и группа участвовала во множестве фестивалей, мысли о некоторой степени известности посещали. Но нужно было играть незамысловатые вещи вроде тех, что у «Чайфа», а мы, наоборот, в середине 90-х ушли во всякие заумные вещи, сочиняли песни с кривыми размерами 5/8 и 5/4. Ну и, разумеется, наша аудитория не была готова к такому. Ведь среди любителей рока не так уж много интеллектуалов.
А в середине нулевых меня потянуло играть музыку более простую, чем, собственно, «Хроноп» и занялся (правда, всё равно с каждым альбомом мы чуть-чуть усложнялись). А мыслей о всенародной известности уже как-то не было. Это просто хобби, и хобби красивое.

— Вы были свидетелями и отражением развития российской музыки на протяжении нескольких десятков лет. Ваш стиль менялся вместе с тем, как менялась эпоха, вы расходились, воссоединялись… Вам никогда не хотелось составить что-то вроде музыкальной энциклопедии «Русский рок глазами «Хронопа» — и через призму одной группы показать, чем были эти тридцать лет для отечественной музыки в целом?

— Думаю, что наша дискография и есть такая энциклопедия. Мы начинали с акустических баллад, потом играли нечто гитарное в духе U2, потом ушли в арт-рок, успели поиграть и простенькие вещи а-ля «Наше радио». Впрочем, уверен, что в любой ипостаси мы узнаваемы. И «хроноп-рок» — вполне себе музыкальный термин.

— Вы пережили многие группы с куда более громкими, чем у «Хронопа» именами, и подошли к юбилею в отличной форме: ваш последний релиз «Сейчастье» заслужил лестные отзывы критиков (и не только российских). Это говорит о том, что ваш творческий потенциал за три десятка лет далеко не исчерпан. Какие планы на следующие тридцать лет?

— К сожалению, сразу же после презентации «Сейчастья» из группы по семейным обстоятельствам ушли двое ключевых участников, и до сих пор замены им я не нашел. Поэтому вот уже год группы не существует. Хотя песни сочиняются. И я еще не потерял надежду воссоздать «Хроноп». Просто в связи с развалом группы немного переключился на другие вещи: издал вторую книгу стихов, написал роман. К тому же много занимаюсь изобразительными вещами – клею коллажи, рисую акрилом. На фейсбуке веду просветительский проект — выкладываю работы моих любимых художников.



— А что вы пишете сейчас? Говорят, скоро выйдет ваша новая книга сказок для взрослых?

— Последние 4 месяца я писал очень важный для меня роман. Он о том, как мы жили в году 2014-м. Сейчас он уже в типографии. Так что это проект подошёл к концу, чему я очень рад. А следующим будет издание сказок о животных. Сказки я писал последние три года. Сейчас их уже двадцать.
Они довольно романтичны. Хотя и хулиганства там достаточно. Сейчас я занимаюсь их окончательной редактурой. Не позже осени они увидят свет.

Есть ещё один «долгострой». Прошлой весной мне пришла в голову идея перезаписать альбом «Песни бронзового века» 2007 года. И всё лето я переписывал вокальные дорожки. В отдельных треках стали изменять партии инструментов. Я полагал, что новая редакция будет готова к Новому году, но вот уже май, а проект всё ещё в работе. Но всё же рассчитываю, что летом «Бронзу» мы доделаем. Обещаю, что звучать он будет прекрасно.

— Недавно в Москве состоялся приуроченный к юбилею «Хронопа» ваш концерт-квартирник. Как всё прошло, кто пришёл, какие у вас остались впечатления?

— В Москву с песнями я стараюсь выбираться примерно раз в полгода. Но, пожалуй, этот квартирник был самым проникновенным из моих последних выступлений. Во-первых, он длился не меньше 3 часов. Во-вторых, я подобрал песни из всех хроноповских эпох – от самых первых до сочиненных в этом году, откопал то, что не пел десятилетиями. Третье — я не только пел, но и читал сказки и стихи из последней книжки. И, пожалуй, сказкам аплодировали едва ли не громче, чем песням.



— А кто сейчас ваша аудитория — ваши ровесники, те, кто начал слушать вас ещё в 80-х, или ровесники «Хронопа» — те, кому сейчас в районе тридцати?

— Тут стоит говорить не о возрасте, а о схожем мироощущении. Думаю, «Хроноп» любят романтические натуры. А таковых можно обнаружить в любом поколении.



— И где эти романтические натуры смогут вас послушать в этом сезоне?

— В мае у меня два акустических концертика в Нижнем. Первый пройдёт прямо 3 мая, в день 30-летия «Хронопа». Второй – 30 мая, в дате тоже обыгрывается юбилейная история, и этот концертик хочу назвать «Похмельем после юбилея». Больше ничего не планирую. Хотя пора уже альбом новый начать записывать…

Источник

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Вадим Демидов: На будущем альбоме я ищу счастье

 

 

Сегодня Kroogi представляют вашему вниманию альбомы группы Хроноп и сольные альбомы Вадима Демидова. «Хроноп» называют самой великой из неизвестных групп русского рока. Возникнув в 1985 году, она просуществовала до миллениума, в 2006 году воссоединилась, а год назад выпустила один из своих лучших альбомов «Сезон Лирохвоста». Сейчас «Хроноп» работает над новой пластинкой, а Вадим Демидов успевает параллельно заниматься не только сольными проектами, но и литературным творчеством. В интервью Kroogi Вадим рассказал о работе над «Сезоном Лирохвоста» и о том, как продвигается запись нового альбома, признался, что не любит трибьюты, порассуждал о гопниках и объяснил, куда ушла волна умного русского рока.

– Вадим, в 2012 году вышел «Сезон Лирохвоста», который многие критики признали лучшим альбомом группы «Хроноп». Как удалось достичь такого результата, и чем этот альбом ценен лично для вас, какая из песен особенно дорога?
– Я не стал бы выделять какую-то одну песню, мне кажется, этот альбом ценен прежде всего своей целостностью. К тому же, те песни, что мне как автору нравятся больше всего, публика обычно игнорирует – так уж повелось. За счёт чего удалось записать хороший альбом?.. Думаю, тут многое правильно сложилось – и песни хорошие сочинились, и впервые в новом веке появился стабильный состав группы, и вообще все были заряжены записать великий альбом, болели за него. Делали мы его в спокойной обстановке, никуда не торопясь. И наш звукорежиссёр Алекс Репьев над ним работал скрупулёзно, его лепта очень заметна. Сегодня ведь мало сочинить хорошие песни – надо ещё и в хрустящую сверкающую обёртку их завернуть. В связи с «Сезоном лирохвоста» мы даже презентацию в Москве сделали. До этого, несмотря на то, что альбомы мы выпускали регулярно, всё время что-то мешало – чаще всего группа была в полуразобранном состоянии. Но вот наступил сезон лирохвоста, и всё удалось.

– В марте группа начала запись нового альбома, однако, как вы пишете на сайте, в процессе «Хроноп» покинул бас-гитарист Игорь (Гоша) Шивыров. Нашли ли замену, или продолжаете студийную работу без бас-гитариста?
– Да, с весны у «Хронопа» настали не лучшие времена. Дописывать альбом нам сейчас помогает мой добрый знакомец Лёша Сидоров. Он играет на бас-гитаре в местной команде PapaMobile, и, несмотря на то что довольно плотно занят в этом проекте, вызвался нам помочь из любви к искусству. Впрочем, вакансия бас-гитариста в «Хронопе» по-прежнему открыта, и кандидатов на неё я пока не наблюдаю. Никто не стучится, не просится.

– В каком направлении сейчас идут музыкальные эксперименты, и каким, по вашим ощущениям, будет новый альбом?
– Не знаю, эксперименты ли это, но на готовящемся альбоме я ищу счастье. Так же как альбом «Двенадцать писем на небо» был об отношениях с небесами, с горними мирами, будущий альбом – о счастье. «Хроноп» всегда избегал разговора о таких больших вещах, боясь впасть в пафос, но сейчас мы наконец-то созрели говорить об этом просто и без усилий. На прошлогоднем «Сезоне лирохвоста» было много психоделической ауры. Повторяться мы не любим, поэтому на новом альбоме, кажется, от психоделии не останется и следа. Хотя лучше не забегать вперед и поговорить об альбоме тогда, когда он выйдет…

– Тогда давайте, поговорим о группе и её почитателях. Каждый новый альбом «Хроноп» это новый стиль музыкального самовыражения. Невольно возникает вопрос: ваша аудитория меняется столь же динамично?
– Нам действительно пеняют на то, что мы слишком ускользающая группа, не умеем «давить в одну точку», постоянно находимся в поиске, и публике, дескать, сложно за нами успевать. Мы, как многие рокеры, в 1980-е начинали с мягких акустических балладок, но очень скоро, едва научившись играть на инструментах, перешли к зауми и всяким музыкальным сложностям. В результате мы полностью потеряли ту публику, что любила наши милые ранние песенки. Группа распалась в миллениум, а затем, собравшись спустя несколько лет, мы снова начали играть милые песенки (это я об альбоме «Любитель жидкости»). Но прошло года три, нам вновь захотелось чего-то посложнее, и мы записали «Небесный» альбом и «Сезон Лирохвоста». Что скрывать, наши поклонники хотели бы, чтобы мы каждый год записывали нечто похожее на «Любителя жидкости», и этих милых легковесных песенок от нас и ждут. А мы всё обманываем их ожидания.

– В одном из интервью вы сказали, что слушаете по 4-5 новых музыкальных альбомов в день и смотрите по нескольку клипов. Нетипично для музыканта…
– Я все же в большей степени меломан, нежели музыкант. Мне вообще музыкантом себя называть стрёмно. Да, я всё ещё люблю слушать альбомы, постоянно отслушиваю новинки. Получаю от этого удовольствие, делаю для себя какие-то музыкальные открытия. Например, из последнего, что меня поразило, – британские девушки Savages.

– Поднимем вечный вопрос «о судьбах русского рока». Кто сегодня его герои – вообще и лично для вас, что меняется, и куда вообще русский рок движется?..
– Знаете, в ранних 1980-х у меня появилось три героя: БГ, Майк и Цой. Нас с «Хронопами» их песни так хорошо ошпарили, что на мне тот ожог ещё и сегодня различим. И понятно, что всех новых персонажей я сравнивал с моей любимой «рок-тройкой», и равного ей я до сих пор ничего не вижу и не слышу. Хотя интересные люди нет-нет, а появляются. Земфира мне очень нравится, причём с каждым альбомом всё больше. И Друг Мой Грузовик… перед распадом записали несколько великолепных альбомов. Ещё я люблю волгоградца Бранимира и нижегородский иллинойз, все они умеют удивлять. Но это единичные имена. Такой волны умного русского рока, что мы наблюдали в середине 1980-х, уже не будет. Я думаю, что сегодня современная поэзия заняла место русского рока, и тот драйв и словесную роскошь, что некогда присутствовали в русском рок-н-ролле, я замечаю в новых стихах. Воденников, Полозкова, Сидерос, Кабанов – все они прекрасны.
Когда я был юн, у нас с друзьями был понятный жупел – это гопники. То есть мы пели свои песни, а они нас колотили. Но и в те времена гопники тоже пели песни под гитару, просто они пели только во дворах – и альбомов не выпускали. Потом гопники стали и альбомы записывать (это я, к примеру, о «Секторе газа»). Так возник гопнический песенный тренд. И он постепенно стал сливаться с русским роком, а потом даже в какой-то мере стал русским роком. Гопники оккупировали «Наше радио». Следующий этап: гопники нашли свой настоящий голос в русском рэпе. Тут они вообще доминируют. И в итоге сейчас гопники звучат из любой вещалки, а нормальному человеку уже нечего послушать. Что ж, тогда будем слушать стихи – пока гопники до поэзии не добрались. Хотя впрочем, доберутся ещё. И испоганят.

– Как написано в истории «Хронопа», участники группы познакомились в культовом месте – на «куче», где продавали винил. Остался ли у вас интерес к винилу, коллекционируете ли пластинки?
– Действительно, когда-то винил был культовым. Но я поправлю: мы познакомились на «куче», где обменивались пластинками. Конечно, они там и продавались, но главным всё равно оставался обмен. То есть ты мог купить пяток-десяток пластинок и путём обмена очень быстро переслушать массу музыки, а ещё и познакомиться с классными персонажами, которых на «куче» было множество. Все модные творческие люди тогда были именно там.
В ту пору я пластинки коллекционировал. Альбомы раннего Олдфилда, Pink Floyd, что-то из «новой волны»… Но в эпоху CD я пластинки слил и проигрыватель отнёс на помойку. Хотя винил меня все ещё манит. В феврале гостевал у друзей в Калифорнии, и, попадая на развалы секонд-хэндного винила, всё время останавливался и рылся. За уши было меня не оттащить, даже прикупил себе несколько экземплярчиков.

– Сергей Чиграков записал две ваши песни – «Любитель жидкости» и Still Life. Они стали хитами – интересный феномен! Как на ваш взгляд, рождаются хиты, от чего зависит, станет песня хитом или нет?
– Если бы Серёга пел исключительно наши песни – он бы стал ещё популярнее! Я, разумеется, шучу, но в моих словах есть и разумное зерно. Ни «Любитель жидкости», ни Still Life в нашем исполнении хитами не были, да и играли мы их не так долго, год-два, и даже не стали включать в альбомы. Я их вообще недолюбливаю. Но Чиж – очень крутой исполнитель, он и проходную штуку может прославить. Он включил эти песни в свой эпохальный альбом и оказался молодцом. Хит – это когда песня отражает своё время и совпадает со своим временем. Но не все песни, отражающие время, становятся хитами. Успех – это из области трансцендентного.

– Помимо музыки вы занимаетесь музыкальной журналистикой. Чем вас это привлекает? Какую статью о музыке или музыканте, по вашему мнению, можно назвать идеальной?
– Если честно, заниматься журналистикой мне не слишком нравится. Но года с 1997-го пришлось ею кормиться – я только в «Аргументах и Фактах» проработал 8 лет. Но идеальных статей я точно писать не умею. Хотя кое-чему таки научился. Последние 4 года веду в «Новой газете в Нижнем Новгороде» еженедельную полосу о местных музыкантах – рецензирую альбомы, делаю интервью, репортажи. Когда музыканты хорошие или альбом хороший, писать интересно, но чаще – нет.

– Но ведь у вас есть и литературные работы, и они впечатляют масштабами. Не так давно вышел роман «Сержант Пеппер, живы твои сыновья!» и уже опубликовано его продолжение «Там, где падают ангелы». Расскажите об этой книге: как возникла идея её написать, как её приняли?
– Дело было летом 2008-го. Мы с «Хронопами» писали «Венецианский альбом». И тут грянул кризис, и закончились спонсорские деньги. В записи случилась довольно длинная пауза, и я неожиданно для самого себя засел за большую прозу. А к писательству меня невольно подтолкнул Захар Прилепин. Мы случайно с ним столкнулись в поезде, идущем из Москвы в Нижний Новгород, и несколько часов проговорили в вагоне-ресторане. После чего, вернувшись на своё плацкартное место, я совершенно удивительным образом придумал роман от начала до конца. В полусне я даже увидел заключительную сцену! Кстати, с тех пор у меня правило: если я не вижу финал, то писать не начинаю.
Дебютный роман мне было легко писать, ведь это все о моей юности в закрытом городе Горьком, о моих друзьях-хронопах. Я считаю, хорошая судьба вышла у романа: его почти сразу опубликовали в «Новом мире», куда в кайф попасть для любого писателя. Через год я написал продолжение «Сержанта» о «Хронопах» 25 лет спустя, такая почти мушкетерская история – и тут же в издательстве «НЛО» вышла книга с этими двумя романами. Которая – и это ужасно лестно – вошла в лонг-лист литературной премии «Большая книга». В музыке я таких высот не достигал! С другой стороны, моя фишка – это миниатюры. Я писал «хармсинки» ещё в 1980-х, в последнее время сочинял «кортасаринки» о «Хронопах», продолжая дело Кортасара. А этой весной очень увлёкся стихами. Очень хочу книжку стихов издать, вот нашлись бы спонсоры…

– Кортасара до сих пор читаете? Какие ещё любимые авторы появились?
– Читаю, конечно, хотя намного меньше, чем в молодости. Романов Кортасара давно не перечитывал, только его малую прозу. Зато каждый год перечитываю «Пену дней» Виана, это ещё один мой любимый автор, ещё с 1980-х, он довольно близкий к Кортасару литератор, тоже модернист. Не пропускаю новых вещей Пелевина, Джулиана Барнса, Дугласа Коупленда.

– В одном интервью вы сказали, что всегда отказываетесь участвовать в трибьютах. Но при этом приняли участие в трибьюте Алексею Полковнику с песней «Два солнца». Расскажите о проекте и о своём участии.
– Да, я сказал такое как раз после того, как мы записали песню Полковника. Я просто не имел права отказаться от участия в трибьюте Лёхе – мы дружили тысячу лет, к тому же он, тусуясь с «хронопами», и начал сочинять песни. Я люблю его песни, но понимаю, что они хороши именно в его исполнении. Для песен Полковника нужен его баритон, его габариты, борода, стать, мощь. И даже уже выбрав для трибьюта песню, я долго колдовал над ней, меняя гармонию, делая её своей, приноравливаясь к ней. И полгода колдовства прошли не зря – сегодня она воспринимается как ещё одна «хроноповская» песня. То есть нам удалось адаптировать её под себя. С тех пор было ещё два предложения участвовать в трибьютах, я неизменно отказывался. Я лучше за то время, пока буду колдовать над чужой песней, сочиню и запишу свою, так всем будет приятнее.

– То есть, вы в целом не одобряете этот формат? Вот недавно состоялся трибьют Александру Башлачёву, с которым вы были лично знакомы…
– Я был немного знаком с Сашей. Мы познакомились в 1987-м, когда он приезжал в Горький с концертами. У него было три квартирника здесь. И потом мы встречались в Питере на 5-м фестивале Ленинградского рок-клуба. Он мне запоминался человеком с тихим голосом, немного стеснительным. Мне симпатичны многие его вещи. Он открыл для русского рока ещё одни ворота, скажем так, почвеннические. Собственно и термин «русский рок» возник благодаря ему и «Калинову мосту», в 1980-х их так окрестили в андеграундной прессе – и гораздо позднее, наверное, уже в середине 1990-х, под колпак «русского рока» попали и Аквариум I Борис Гребенщиков I БГ I Террариум, и «Чайф», и все остальные. Я же всегда был «западником», и на меня башлачёвская поэзия влияния не оказала и не оказывает. Что же до трибьютов – в какой-то мере они продлевают жизнь полузабытых авторов, и уже тем хороши, а вот для известных и любимых авторов трибьюты, по-моему, абсолютно не нужны. Ведь всё равно лучше самого автора исполнить песню невозможно.

– Как предполагаете развивать другие свои сольные проекты, например, «Замшу»?
– Я не могу назвать Группа «ЗАМША» своим сольным проектом. Нас было трое: автор, клавишник-аранжировщик и певица. Я пробыл в составе всего два года, до конца 2002-го. Но репертуар «Замши» – а иногда Таня Гуляева ещё выступает под этим именем – по-прежнему составляют написанные мной тогда вещи.
Гораздо интереснее поговорить о моем сайд-проекте «Лучше поздно», в нём нас было двое – я и Андрей Колесов. В 2008 году мы выпустили альбом «Дебют», на мой взгляд, очень неплохой. Это электронная музыка с этническим привкусом. Помню, Андрей Бухарин в Rolling Stone нас очень хвалил. Но сам альбом в народ почему-то совсем не пошёл. Может потому, что получился слишком эстетским, а может, просто заговор какой-то против нас, не знаю. Впрочем, мы говорим о музыке, а не об успехе.
В какой-то мере моим сольным проектом можно назвать концерты, где я выступаю один под гитару. Мне симпатичны такие выступления, я даже иногда куда-то далеко от Нижнего выбираюсь – в Одессу или Ставрополь. Вот в Казахстан зовут уже года четыре. Может, этой осенью всё-таки выберусь туда… Когда поёшь без группы, появляется больше гибкости в репертуаре, и я могу спеть что-то совсем архивное полузабытое, а могу совсем новое, ещё с группой не разученное. И можно просто с публикой поговорить, какие-то стихи почитать или миниатюрку. Иными словами, можно побыть в более свободном формате, а это порой важно…

Беседовала Галина Музлова (Kroogi)
Фото: Татьяна Сахарова

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Вадим Демидов: «Неужели я буду лягушкой прыгать, чтобы всех рассмешить?»

О нижегородской музыкальное легенде, группе Хроноп, Звуки писали уже неоднократно — здесь можно прочитать краткий гид по творческому наследию группы, а здесь послушать прошлый, блестящий альбом «Сезон лирохвоста». Теперь же настало время новой пластинки группы «Сейчастье», которую Звуки презентуют за несколько дней до официального релиза. Включайте альбом и читайте интервью с лидером группы Вадимом Демидовым, который рассказывает о смысле названия пластинки, песенной самоидентификации, Чиже, трип-хопе и многом другом. К слову, имеется и отдельная рецензия на пластинку.

 

Звуки: Раз уж пластинка зовётся «Сейчастье», то расскажи, пожалуйста, что группа Хроноп представляет собой сейчас.
Вадим: По крайней мере я одержим идеей записать 10-й альбом к 30-летию группы, юбилей, напомню, случится 3 мая 2015 года. Сочиняю песни – и когда мир успокоится после нашего нового релиза и всей этой суеты, связанной с ним, мы будем делать новую программу. В группе – и так у нас часто – не все просто. Еще кровоточит рана, связанная с уходом басиста Гоши Шивырова, и у гитариста Миши Киселева крохотный ребенок, и ему часто не до музыки. Но я за эти годы после воссоединения привык быть бурлаком. Впрягусь в лямки, буду тянуть…
Звуки: Верлибры, которые ты публикуешь в фейсбуке и которые недавно вышли отдельной книгой, на продуктивность сочинения песен не влияют? Или это просто разные варианты творческого выплеска, не взаимоисключающие?
Вадим: Влияют, конечно. Но в стихах я меня больший простор для экспериментов, а я просто не могу не браться за самые разные вещи — видимо, «шило». К тому же в стихах я глубже залезаю внутрь себя, а там интересно. С другой стороны, когда надо – я могу себя взять в руки, сдисциплировать. И если пришло время писать новый альбом – значит, это сейчас главное, и я начинаю постоянно что-то бренчать на гитаре, и конечно, что-то песенное сочиняется. Книгу «Стихи-2» (первая называлась «Стихи» — прим. Звуки), которую я сейчас пишу – я намереваюсь выпустить… ну не знаю, не исключено, что под Новый год.

Звуки: Хроноп всегда достаточно бережно относился к цельности и концептуальности своих пластинок. Каждый релиз отличался особым звуком или настроением. В чем уникальность «Сейчастья»?
Вадим: Сегодня выходит не так много альбомов, которые не заигрывают с аудиторией, не пытаются сделать, как ей угодно. Если в «Любителе жидкости» я еще как-то подстраивался под аудиторию, предлагая ей милые простые песенки, то сейчас это все позади. И «Сезон лирохвоста» не пытался быть доступным и милым. И тем более «Сейчастье». Вот вам россыпь прекрасных песен о чудесах, случайно зажженном счастье и непростом внутреннем мире человека… Но этот же альбом спрашивает у слушателя – а прекрасны ли вы сами, чтобы погрузиться в эту изумительную песенную вселенную? Каждого и всякого эта музыка внутрь не впустит. Искусственный отбор.

Видеотизер, сделанный звукорежиссёром пластинки Алексом Репьевым.

 

Звуки: Меня, как и любая другая работа Хронопа, этот альбом очень занял, и тут хватает новых творческих, скажем так, вершин, но мне показалось что именно счастливого в нем не так много — и раскачка со старта небыстрая, и минорных интонаций больше обычного. Что, собственно, вложено тобой в этот термин?
Вадим: Я вообще не большой фанат забойных дравовых вещей. Мне подавай песни, где надо подумать, что-то дешифровать. Что такое «небыстрая раскачка»? Первая же песня погружает в волшебный мир, «а от поезда нужно идти еще день, обжигаясь о крапиву, надышавшись шалфея, немного сбавить шаг и найти в траве ежа, у ежа того в фейсбуке друзья – снежный барс и дракон с зеленой гривой…» Минорные интонации… Я же о себе рассказываю. Неужели я буду лягушкой прыгать, чтобы всех рассмешить? Мне это не нужно. Те, что входят в резонанс со мной, проходят за ограждения, а те, кому нужно другое или просто еще не дорос – пусть проходят мимо.
Пожалуй, единственное, за что мне никогда не стыдно – за хроноповскую оптику. Таким мир больше никто не видит. Почти все наши песни печальны, потому что счастье, если и обретается, то никогда не в радости, счастье – всегда в грусти и нередко – в человеческом одиночестве. Ты спрашиваешь, что я вкладываю в слово «сейчастье»? Мы все алчем счастья, но в лучшем случае находим сейчастье. Проходит пиксель времени – и оно становится воспоминанием. Собственно все песни альбома – обрывки воспоминаний о состоянии счастья.

Звуки: Тогда какие из новых композиций тебе особенно близки и почему?
Вадим: О, здесь россыпь моих любимых треков. Во-первых, «Просто не загораживай мне свет». Ты не представляешь, какой силы ток меня ударил, когда я закончил ее и в первый раз спел самому себе от начала до конца. У меня глаза повлажнели. Тот редкий случай, когда сказал ровно то, о чем хотел и о чем много думал. Ведь иногда при написании песни мысль сбивается, растворяется в шелухе, в общих местах – а тут все в кассу. Во-вторых, «Чердак». Я ее переписывал трижды — от и до. Кстати, гармонию ее мы несколько раз меняли, пока не получили идеальный порядок аккордов. И то, что вышло в итоге – повод для радости. В-третьих – «Двое в лодке». В процессе работы над альбомом мне начинало казаться, что все как-то слишком попсово, и хотелось какой-то интеллектуальный акцент. И я стал думать – и придумал «Двое в лодке». В аранжировке ее очень помог Алекс Репьев, он столько всего туда интересного придумал. Я уж не говорю об общем звуковом решении альбома – он же очень легко слушается, и это заслуга Алекса. Мы с ним сделали пять альбомов, и этот — самый совершенный. Ну и, конечно, сама «Счастье». Пожалуй, она входит в мой личный «топ-5», удалась!

 

Звуки: А насколько всегда была высока твоя самоидентификация с лирическим героем в песнях Хронопа?
Вадим: Автобиографические мотивы в Хронопе всегда были сильны. Даже в социальных песнях 80-х я занимался не столько бичеванием совка, сколько описывал свои ощущения при столкновении с социумом. И кстати, новая песня «Старая» (бонус к «Сейчастью») – она ведь тоже при всем ее социальном заряде всего лишь описывает мои поиски свободы. Да, я отношусь к песням, как к страничкам дневника. Собственно вести дневник подолгу у меня почему-то не получалось, и поэтому все в песнях. И стихи автобиографичны, и романы тоже – всё!
Звуки: А вот в новом веке у тебя родилось в разы больше песен, чем в прошлом — с чем это связано? Обычно столь плодовитыми артисты бывают в самом старте творчества, а потом или скатываются к самоповторам, или, избегая их, пишут намного меньше песен. Это связано с твоими попытками как-то упорядочить своё прошлое, раз уж сильны автобиографические мотивы?
Вадим: Я бы сказал, что в новом веке родилось больше хороших песен. Много песен сочинялось и в первые хроноповские годы, но сегодня из того багажа поется песен пять-шесть. Да и, скажем, «Любителя жидкости» и «Still Life» я бы сегодня вряд ли пел, если бы их Чиж не прославил. Для меня они были этакими почеркушками несерьезными. Но Серега из них сделал чуть ли не классику русского рока (улыбается).

 

Мне сегодня сочинять песни намного интереснее. Я больше знаю о музыке, о ее законах. Самоучке интересно делать какие-то открытия. И ведь я делюсь с публикой только удачными вещами – а много чего остается просто набросками. Ведь на каждую нормальную песню приходится 6-7 мотивчиков-набросков (у меня в телефоне их масса). И есть еще одна причина, почему я маниакально продолжаю писать песни, записывать их. Знаешь, я до сих пор ощущаю себя участником рок-н-ролльного освободительного движения. И пусть я освобожу не тысячи и даже не сотни, а очень немногих, но и этим горд.

Звуки: В том, что сейчас песни лучше, и есть причина, почему группа редко вспоминает живьем прежние композиции?
Вадим: Раскрою тебе страшный музыкантский секрет – все любят играть новьё и ненавидят играть старьё. Песни же приедаются. Однако собственную классику вроде «Я на стуле сижу у окна» мы регулярно играем.
Звуки: Ну, «Я на стуле…» всё-таки выходила на «Любителе Жидкости». Да и, кстати, зачем эту самую композицию про «Любителя» сегодня играть, раз на концерты приходит подготовленный слушатель? Я не противоречу прошлому вопросу, а именно про эту вещь говорю, которую все знают в исполнении Чижа. И, кстати, он же вроде «Напиваются» хотел для нового альбома записать, нет?
Вадим: «Любителя жидкости» мы с Хронопом не играли года два или три. Так что это уже полузабытая вещь. Сергей действительно хотел записать нашу «Напиваются», но потом передумал. В последние месяцы мы с Чижом несколько раз разговаривали по телефону, и связано это с тем, что я просил его записать песню для трибьюта Алексея Полковника. И ты не представляешь, как я рад, что он все-таки это сделал. Я просто прыгал до потолка! Он записал отличную версию…

Звуки: Кстати, в какой стадии находится трибьют и когда появится на свет? Насколько я понимаю, ты в нем непосредственное участие принимаешь и как музыкант и как организатор.
Вадим: Почти два года назад меня уговорил участвовать в трибьюте Полковника Вадим Силаев, они с Саней Чернецким придумали этот проект. И мы с Хронопом довольно быстро записали песню «Два солнца». Потом я подтянул к проекту Бранимира. Писал письма Мише Борзыкину, еще кому-то. То есть, постепенно втянулся. Это ведь важный для меня проект, Полковник на первых порах был частью хроноповской тусовки, и скорее всего, если бы не Хроноп, и не стал бы сочинять песни, к тому же он у нас на одном концерте даже шоу делал (не Гаркуша, конечно, но все же!) И поэтому я впрягся и взялся за переговоры с музыкантами. И вот уже Лёня Федоров трек записал, вот Чиж записал, Разные люди тоже под Новый год прислали трек. Мы хотели выпустить ко дню рождения Алексея Полковника, то есть к началу апреля. Но явно не успеваем. А еще и возникла идея под это дело выпустить его записные книжки и всякое неизданное. Так что проект обещает быть очень любопытным.

 

Звуки: Закрывая вопрос старых песен. Однажды ты сказал, что они тебе неинтересны, так как их написал, грубо говоря, другой человек, а вот всё новенькое — за это ты в ответе. В чем разница между ВД «тем» и нынешним?
Вадим: Был ВД, который писал акустические балладки в составе Хронопа 80-х, был ВД, который писал рок-авангард с кривыми размерами и текстовую заумь в 90-х, был ВД, который был участником поп-группы Замша, был ВД, который вместе с Андреем Колесовым сделал пластинку этно-электронного проекта Лучше поздно. И даже я, что писал программу альбома «Любитель жидкости», которая состоит сплошь из поп-рок песен в духе Нашего радио, и я, автор песен «Сейчастья» — это ведь тоже разные люди. Мне просто необходимо постоянно меняться, это как дышать, утолять жажду.
Звуки: К слову, сейчас у нас объективная нехватка стабильных сонграйтеров на ниве популярной музыки — учитывая опыт группы Замша, не хотелось, возможно, вновь чем-то подобным заняться? монетизировать, так сказать, хитовый потенциал?
Вадим: Слово «монетизировать» — это совсем не о Хронопе, к нам деньги не липнут. Уверен, даже напиши я супер- хит, мир бы как-то так извернулся, чтобы мне за этот хит не заплатить. Я это уже проходил. У меня был небольшой опыт сочинения на заказ в середине нулевых, я продал с дюжину или чуть больше песен – в основном местным олигархам с поющими дочерьми, но потом начался Хроноп и я эту тему закрыл.

 

Звуки: Раньше ты в форуме своего сайта писал небольшие ревью по поводу прослушанных тобой новых пластинок. Продолжаешь ли слушать новое сейчас, и перенимаешь ли нечто из услышанного? Это я к тому, что в конце 90-х модный тогда трип-хоп Хроноп пытался взять в оборот… Ну и следишь ли за русскими артистами, новыми и не очень?
Вадим: С тех пор я еще больше стал слушать всякого нового зарубежного, но времени отписывать рецензии уже нет. Да и вряд ли кому это надо. А с русскоязычными песнями сейчас, на мой взгляд, беда. Я постоянно ищу, что бы такого послушать на русском. И на «Афише» слушаю. Но честно – мало что нахожу для себя. Да что я вру – ничего не нахожу. Хорошо, что БГ и Земфира новое выпускают, а то совсем все ужасно. В текстах условно молодых групп много игры слов, «филологии», много цинизма и нигилизма (ну понятно, в этом возрасте стильно быть циником и нигилистом, я сам это прошел). Но это все поверхность, это все дерн. Категорически нет глубины – той, к которой я привык в песнях золотой эпохи русского рок-н-ролла. И это все меня только провоцирует делать песни не по сегодняшним лекалам – а идти своей дорогой. Не особо обращая внимание на то, что кричат мне вслед.
Про трип-хоп. Знаешь, меня в последнее время в меньшей степени занимает обертка песни. А любой музыкальный стиль – это все же обертка, фантик. Хорошая песня может прозвучать и на не модном звуке. Лишь бы она была оригинальной сама по себе. Том Уэйтс (Tom Waits) не особо модный по звуку – но важен для нас, потому что оригинален. То же можно о многих артистах сказать – Ник Кейв (Nick Cave), Ти-Боун Бернетт (T-Bone Burnett). Но моя любовь к трип-хопу неистребима – и, скажем, «Майор Седов» сделан с оглядкой на Massive Attack, если ты заметил.

Звуки: Ну, напоследок, про обложку. Как я понимаю, она соответствует месседжу названия, этакая фотокарточка сиюминутного счастливого момента… Но почему птицы?
Вадим: Я эту парочку, что сидела у моря, снял четырежды. Подряд. Они там как раз сначала смотрели на море, а потом вдруг поцеловались. И меня заметили — оторвавшись друг от друга. Сидели в метре от меня. Почему птицы? Предложи сам какого-то зверя. они все злые (смеётся).
Звуки: И, да, почему «возвращайся в свой Углич»? Чем тебе бедный Углич не угодил? Это потому что он созвучен с английским ugly?
Вадим: Да, тут есть игра слов. Кстати, впервые мне на нее обратил внимание один голландский певец, который с нами плыл по Волге на «Роке чистой воды». Но он говорил «Аглич».

ХРОНОП: презентация альбома «Сейчастье»
China-Town-Cafe, Москва
29 марта, 20:00

Источник

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Сбор средств для группы

Контакты

Организация концертов
(Вадим Демидов)
e-mail: vaddem@mail.ru
тел.: +7 951 914 6789


Андрей (все вопросы по сайту)
реклама, корректировка
e-mail: arhipov@nnovgorod.ru
+7 920 053 9790 (+ Viber)
Skype: av_arhipov